Казахстан прошел через масштабную реформу финансового регулирования

Фундаментом для беспрецедентного роста финтеха в Казахстане стал государственный сектор (GovTech), который достиг стадии массового охвата. По итогам 2025 года Казахстан занял 24 место в мире в Индексе развития электронного правительства ООН (EGDI), поднявшись на 5 позиций с 2020 года, и вошел в десятку лидеров по индексу онлайн-сервисов (OSI). Цифровые госуслуги сегодня доступны 92% граждан (включая более 1 200 сервисов), причем 85% экономически активного населения использует eGov прямо со смартфонов. Аудитория платформ электронного правительства выросла с 5,8 млн пользователей в 2016 году до 15 млн в 2025 году. Такие данные приводятся в отчете «Fintech in Kazakhstan 2026», представленном RISE Research при поддержке Национального Банка РК.

Эта база позволила государству и Нацбанку выстроить единую Национальную цифровую финансовую инфраструктуру, уровень бесперебойности которой превышает 99,8%. В 2025 году через национальные платежные системы было обработано $3,1 трлн (1,6 квадриллиона тенге), а также 46 млн запросов биометрической идентификации.

Ключевым этапом развития инфраструктуры можно считать 19 июля 2026 года, когда состоялся общенациональный запуск межбанковского единого QR-кода и P2P-переводов по номеру телефона для всех розничных банков. Еще до полномасштабного старта через Межбанковскую систему мобильных платежей было обработано транзакций на сумму свыше $340 млн (160 млрд тенге). Лимит на одну операцию перевода составляет 500 тыс. тенге, а базовый тариф Национальной платежной корпорации за обработку равен нулю. На конец 2026 года запланирован запуск трансграничных переводов: уже реализована интеграция с Кыргызстаном (ELQR через 8B.world) и подписаны меморандумы с китайской UnionPay, а также системами Индии и ОАЭ.

Параллельно завершился переход к полномасштабному обращению цифрового тенге. В январе 2026 года он был законодательно признан третьей формой национальной валюты. Объем его эмиссии вырос с $506 млн в 2024 году до $730 млн к июлю 2026 года. Сценарии использования масштабируются на более чем 100 крупных госпроектов: от целевого расходования средств Нацфонда и цифрового НДС до кредитования МСБ через фонд «Даму» и финансирования ремонта дорог. Безопасность всей экосистемы обеспечивает Национальный антифрод-центр (250 участников), который за два года работы (июль 2024 — июль 2026) зарегистрировал 180 тыс. инцидентов, предотвратил хищения на $249 млн и вернул жертвам $1,2 млн. На третий квартал 2026 года намечен старт пилота по превентивному выявлению мошенничества с помощью ИИ-аналитики.

Генеральный директор Mastercard в Казахстане и ЦА Санжар Жамалов подчеркивает: «Искусственный интеллект уже меняет рынок, совершенствуя борьбу с мошенничеством, управление рисками и клиентский опыт. Доверие к цифровым платежам строится на устойчивости к киберугрозам, поэтому инвестиции в токенизацию, биометрическую защиту и AI-инструменты для предотвращения фрода становятся базовым условием роста».

Стремительное технологическое развитие в РК сопровождалось самой глубокой перезагрузкой финансового регулирования за 30 лет. В течение одного года был принят пакет фундаментальных нормативных актов:

— Июнь — август 2025 г.: пересмотрены ограничения по кредитованию (снижение ГЭСВ), введен период «охлаждения» от 8 до 24 часов для онлайн-займов и криминализирована деятельность «дропперов».
— Ноябрь 2025 г.: подписан закон об ИИ (вступил в силу 18 января 2026 г.), распространивший требования к уровню риска и объяснимости решений на кредитный скоринг и биометрию.
— Январь 2026 г.: подписан Цифровой кодекс, установивший правила для смарт-контрактов и право на удаление персональных данных за 15 дней.
— Январь 2026 г.: подписан новый закон о банках, заменяющий закон 1995 года (вступил в силу 19 марта 2026 г.).
— Июль 2026 г.: вступил в силу новый налоговый кодекс, повысивший КПН для банков с 20% до 25% (за исключением кредитования бизнеса).

Ключевым новшеством Закона о банках 2026 года стала легализация модели Banking-as-a-Service (BaaS) и открытого банкинга, что позволило банкам официально предоставлять свою инфраструктуру финтех-компаниям. Закон также ввел двухуровневую модель банковского лицензирования: появилась «базовая лицензия» с минимальным капиталом в 10 млрд тенге и лимитом активов до 500 млрд тенге, что открывает прямой путь для трансформации масштабных МФО и зрелых финтех-компаний в полноценные нишевые банки.