Следите за новостями

Космос как отражение развития Казахстана

Казахстанская космическая программа на сегодняшний день — это на 99% голый пиар, а не отражение научно-технического развития Казахстана.

13 июня 2008 10:13, Деловая неделя
Рубрики: Связь

Пойми, студент, сейчас к людям надо помягше, а на вопросы смотреть ширше. Вот ты думаешь, это мне дали 15 суток? Это нам дали 15 суток. А для чего? Чтобы ты вел среди меня разъяснительную работу, а я рос над собой. Ну ладно, давай бухти мне, как космические корабли бороздят… Большой театр. А я посплю.

Из кинофильма Леонида Гайдая «Операция «Ы» и другие приключения Шурика»

На этой неделе первый и пока единственный казахстанский космический спутник неожиданно прервал свое вещание. Молчание KazSat длится до сих пор, и к тому, чтобы перезапустить его, подключились уже зарубежные, российские, специалисты. Впрочем, если у россиян есть чем гордиться по поводу их космической программы (их СМИ пишут, что российский космонавт впервые в истории человечества починил в космосе туалет, а западные — что российский космонавт стал первым человеком, кому удалось сломать туалет на орбите), то у нас она стала отражением того, в каком положении пребывает вся страна. Вроде бы никто не спорит, что надо (хотя вполне очевидно, что на 99% для имиджа, а не для науки — ее просто нет), но, с другой стороны, никому не понятно, зачем нам вообще нужна космическая программа, когда во многих населенных пунктах Казахстана до сих пор нет не то, что канализации, но и водопровода. Какое нам дело до спутника, бороздящего просторы Большого теа…, простите, космоса, если завтра нам придется платить за то, чтобы на собственной машине ехать по собственной стране? Эй, KazSat, что ты делаешь там для Казахстана? Зачем вообще висишь над землей? Молчит, не дает ответа…

О том, что «единственный казахский спутник связи прервал вещание», сообщили почему-то российские новостные агентства. Наши, как обычно, подключились к освещению этой темы, когда речь шла уже о том, чтобы его как-то запустить или починить. Все, как и в случае с россиянами и космическим туалетом — американцы пишут, что туалет сломал россиянин, а россияне — что он его починил. Непонятен пафос тех, кто немедленно записал казахстанских операторов спутника в выпускники сельскохозяйственных вузов. Бывает всякое. Проблема в другом — есть ли смысл тратить деньги налогоплательщиков на ненужные вещи?

По официальным данным, спутник KazSat служит для сети телевещания и интернет-коммуникации. Как-то не чувствуется. То есть, может быть, да, чего-то он там и делает для того, чтобы Сеть у нас была получше, но это никак не объясняет, почему в соседнем Кыргызстане, у которого нет такого спутника, связь не хуже, но неизмеримо дешевле. Или взять телевещание. Кажется, и без спутника наши национальные телеканалы охватывали всю страну. Зачем им понадобился спутник, если они до сих пор не научились делать интересные телепередачи на государственном языке? Может, KazSat служит для того, чтобы вещать об успехах Казахстана на весь мир посредством государственного спутникового канала? Не слишком ли дорогое удовольствие для страны, где не могут построить нормальные дороги, нормальные дома и предпринимательство погибает на глазах?

Спутник рассчитан на 10 лет, 2 года уже прошли, нынешний сбой — второй за последние 3 месяца, а в денежном выражении на разработку, конструирование и запуск спутника ушло $65 млн. Не слишком приятная математика, особенно, если в ней нет цифры того, сколько денег он принес стране. А ведь куда более развитые страны, скажем Финляндия, пока даже не заикаются о космической программе — все посчитано, выверено и решено — слишком рано, экономически невыгодно. А у нас? Тот факт, что космодром «Байконыр» находится на нашей территории, не означает, что мы должны быть автоматически «космической державой». Космическая программа нужна для научных исследований. Вопрос на засыпку: есть ли у нас та наука, которой позарез нужны эксперименты в космосе? Да простят нас незаслуженно недооцененные безымянные подвижники — оставшиеся в Казахстане ученые, но ответ будет: вряд ли. Из всех научных экспериментов, которые ставили наши космонавты, вспоминается только космическая картошка (или зерно?). Вы ее видели на прилавках? Может, кушали? Нет. У нас, в аграрной стране, график роста цены на овощи и фрукты напоминает маршрут подъема на Джомолунгму и безо всякого космоса. Впрочем, у нас, в нефтяной стране, и бензин идет по мировым ценам (в отличие, скажем, от совсем не мирового уровня доходов населения), так что это в рамках казахстанской действительности. Но скажите на милость, зачем нам дополнительные траты?

И что показательно. Знаете, какая страна в бывшем СССР тоже решила запускать первый спутник? Думаете вошедшие в Евросоюз прибалты? Нет, Беларусь. Впрочем, ей повезло — российская ракета «Сатана», которая должна была вывести его на орбиту, взорвалась над Казахстаном, освободив Минск от трат и иллюзий. Нас (вернее, руководство страны) этот экологический ущерб, бесконечные траты — ничто не может заставить быть реалистами. Каждый раз, когда нашей природе в очередной раз наносится ущерб в результате очередной упавшей ракеты, наши северные соседи платят копейки. Даже если ракета не взрывается, куда, по-вашему, падают отработанные ступени? Подскажем — последняя ступень падает на территории Алтайского края России. А ведь это никем не оцененный урон хрупкой природе степи, пустыни и полупустыни, не говоря уже о людях. Соразмерна ли ему та плата, которая частично деньгами поступает за пользование космодромом? Вряд ли.

Вообще, из всего происходящего складывается ощущение, что казахстанская космическая программа больше нужна Кремлю, чьи журналисты так, видимо, и никогда не научатся правильно писать казахское название космодрома, чем Астане. Пока она у нас есть, нам как бы не с руки портить отношения относительно задешево используемого космодрома, якобы нужного и нам тоже — для космической программы, как космической державе. И смех, и грех.

Вспомните, что говорили в правительстве о спутнике. Что с его помощью Минсельхоз будет контролировать, используют ли фермеры лизинговую технику, каковы виды на урожай. Кто-то, кажется, сам премьер говорил, что со спутника можно будет контролировать, строятся ли больницы, школы или деньги на них как обычно разворовывают. Но это тогда мы ставили задачу строить 100 школ и сколько-то больниц. Сейчас уже поскромнее — 20 «интеллектуальных» школ. Тут не грех министру и премьеру самому на открытие съездить. А так, да. В стране, где по смете, документам и акту приемки-передачи электростанция может быть построена, а на карте (да и не на карте тоже) найти ее никто не может, кажется, единственное, что может помочь — это спутник слежения на орбите. Ну, если и не поможет достроить школы и объекты инфраструктуры, то, хотя бы деньги дополнительные освоить (еще говорят, «распилить») — а то в каждом бюджете у нас недоосвоение (и это после нескольких пересмотров его показателей) образовывается. А знаете, какой признак у «освоения» ради распиливания бюджета? Правильно, низкое качество. Как «правильно» освоить деньги на строительство? Класть стены не в 2 кирпича, а в 1, разводить цемент так, чтобы больше песка и воды, меньше — самого цемента. Как «распилить» деньги на космосе? «Впарить» некачественное оборудование, откровенно ненужные проекты (слава Мусабаеву, он хотя бы отделался от явно ненужных проектов вроде «Ишима»), а потом их постоянно чинить, причем за отдельную плату.

Что сейчас происходит в космосе? «По условиям контракта между ГПКС и казахским Республиканским центром космической связи (РЦКС) в случае аварийных ситуаций управление спутником передается российским специалистам, так как Россия владеет электрической моделью спутника и может проектировать процесс перезагрузки его систем», — сообщает сайт ComNews. «Если солнечные антенны аппарата отвернутся от cолнца, то, скорее всего, его уже невозможно будет вернуть в рабочее положение. Что там сейчас происходит, до сих пор не ясно. Но коммерческим организациям ущерб, скорее всего, возмещен не будет. Существует два типа договоров, по одному заказчику гарантируется выделение резервных мощностей, а по другому — емкости на спутнике продаются без гарантий — наши операторы чаще используют именно этот тип договора», — цитирует он генерального директора компании «Сетьтелеком» Сергея Пехтерева. В общем, комментарии, как говорится, излишни.

А ведь какие были планы… Хотели подключить его к российской навигационной системе ГЛОНАСС! Звучит хорошо. «Уже проработана теоретически и вскоре будет проработана практически возможность использования имеющихся отечественных космических систем, в частности KazSat. Спутник «висит» на геостационарной орбите над территорией республики, что позволяет, говоря простыми словами, использовать его в качестве ретранслятора сигналов наземной системы мониторинга», — говорил не так давно журналистам Талгат Мусабаев, по словам которого, «KazSat фактически может стать 25-м спутником группировки ГЛОНАСС», и тогда Казахстан сможет больше не пользоваться услугами американской навигационной системы GPS.

Хотите цитату? Рассказывает российская журналистка Юлия Латынина:

«…Когда мне говорят о государственных инновациях, я всегда вспоминаю одну вещь, которая называется спецсвязь. Вы задумывались когда-нибудь, зачем существует спецсвязь? Вот эти громадные, желтые телефоны, которые устарели, наверное, морально лет на 50, если не 70. И мобильная часть этой аппаратуры, которую возят в багажнике. Вот в век сотовых телефонов мобильную часть этой спецсвязи возят в багажнике! Если вам очень повезет, то какой-нибудь начальник вам с гордостью откроет багажник и продемонстрирует, что у него там есть. И вам надо будет в этот момент судорожно свою «Моторолу» подальше запихивать, чтобы начальник не увидел. Так вот, зачем существует спецсвязь? Наверное, вы скажете, затем, чтобы можно было подслушивать то, что говорят чиновники. Это исторически правильный ответ, потому что в свое время она именно так и появилась. Прочтите мемуары секретаря Сталина Баженова, и вы узнаете, что Сталин устанавливал связь в Кремле и сделал выводки в свой кабинет. Отчего сумел одержать победу в тяжкой, внутрипартийной борьбе. Но сейчас-то это в прошлом, можно подслушивать и так. Ответ поразительный!

Спецсвязь существует затем, чтобы институты спецсвязи, все эти «Атласы», «Восходы», ФГУПы, осваивали деньги. Это даже не десятки, это миллионы, сотни миллионов долларов. А что это за аппаратура? Каждый может судить, когда в век мобильной связи, когда человек может разговаривать через трубочку весом 100 г, они возят с собой багажник. Так вот, если возвратиться от этой истории со спецсвязью к некоторым примерам инноваций, то я могу назвать несколько примеров инноваций. Одна замечательная история с системой ГЛОНАСС, когда те же самые институты, которые должны были работать у нас над спецсвязью, которую возят в багажнике, им было поручено разрабатывать российскую систему спутниковой навигации. Деньги все куда-то пропали, когда надо было сдавать работу, спешно попросили институт Гжельской глины, на подложке из Гжельской глины что-то там собрали из южнокорейской пластмассы, весило это в два раза больше и показывало в два раза менее точно, чем GPS».

В общем вполне очевидно, что казахстанская космическая программа на сегодняшний день, это не отражение научно-технического развития Казахстана, а на 99% голый пиар, помноженный на желание наших северных соседей задешево эксплуатировать космодром «Байконыр», делая еще кучу денег на обслуживании наших межпланетных амбиций. Проблема в том, что сегодня в нашей стране экономическая ситуация такова, что такое выбрасывание денег в безвоздушное пространство мы себе позволить уже не можем. Поэтому вполне возможно, что в интересах простых налогоплательщиков, чтобы KazSat продолжал молчать…

Комментарии