Следите за новостями

Цифра дня

2,5 часа ежедневно казахстанцы пользуются интернетом

Константин Пак: ликвидность криптовалют равна почти нулю

Об экономике криптовалют, их целесообразности и применимости в современном мире, а также существующих рисках.

14 сентября 2017 07:00, Наргиз Асланова, Profit.kz

Криптовалюты: что это — благо или зло? И можно ли вообще их сейчас называть деньгами? Насколько близок тот момент, когда криптовалюты попадут в «карманы» к обычным людям? На тему экономики криптовалют, их целесообразности и применимости в современном мире мы поговорили с Константином Паком, генеральным директором Торговой площадки Mp.kz.

Константин Пак, АФК

— Константин, можете объяснить, что такое криптовалюта? Мы привыкли к утверждению, что деньги — это то, что можно визуализировать. А что визуализировать в данном случае, непонятно.

— На самом деле сейчас перемешалось три больших темы. Криптовалюты сами по себе не так важны, по большому счету. Есть технология, которая называется блокчейн. Это новая технология хранения информации, позволяющая впервые в истории хранить цифровую информацию так, чтобы она никуда не пропала, и ее не могли исказить. Раньше были базы данных. Например, у Пети есть 10 тысяч рублей, — мы изменяем эту запись на 9 тысяч или на 15. Это может сделать администратор базы данных, и вот у Пети изменилось количество денег. Блокчейн позволяет эти вещи фиксировать. Если мы один раз написали, что там 10000 рублей и больше настоящих транзакций не было, то эту запись изменить невозможно. Вот этим важен блокчейн.

Так уж случилось, что блокчейн был изобретен одновременно с биткоином, с тем, что называется криптовалютами, «деньгами» на этой основе. Но называть это действительно деньгами немного преждевременно. Это просто способ хранения финансовой информации, у которого есть масса свойств. Причем есть свойства теоретически хорошие — неизменность и децентрализованность, — никакой государственный или любой другой орган не может поменять информацию о таких «деньгах». Но есть и минусы, их масса.

Вторая большая тема — что такое вообще деньги. Человечество пользуется деньгами давно, и деньги довольно сильно менялись. Последняя итерация была где-то в семидесятые годы. Мы сейчас живем в так называемой ямайской денежной системе, когда есть понятие национальных денег, плавающего валютного курса. Как-то все это работает, не факт что хорошо. Но до этого было вообще все по-другому: были системы с фиксированным курсом, когда курс никогда не менялся; были металлические системы, когда эквивалентом было золото или серебро, деньги чеканились из золота. И у всех этих разных денежных систем были свои собственные свойства. Чем было хорошо золото? Цена на него не меняется. Если сейчас мы золото оцениваем в долларах, и сегодня цена, например, составляет 1200 доларов за унцию, а три года назад она была 1900, то когда золото и есть деньги, у него абсолютно фиксированная стоимость. Золото — это золото, 15 грамм — всегда 15 грамм. А сейчас мы изобретаем некую новую сущность, и по большому счету пока никто толком не понимает, как это может работать в качестве денег, и может ли вообще работать.

В то, что будет работать блокчейн, я верю. В мире есть масса информации, которую надо хранить надежно и так, чтобы никто не мог ее подменить. А вот криптовалюта — это большой вопрос. Сейчас мы находимся на той стадии, когда происходит масса экспериментов. Сегодня в мире чуть ли не 1000 криптовалют. Но при этом весь их объем месяц назад составлял порядка 80 млрд долларов. Для обывателя это, конечно, большая цифра, огромные деньги. Но недавно компания Amazon стала стоить 500 млрд долларов. Поэтому если кто-то, владеющий всеми криптовалютами в мире, захочет купить Amazon, у него не хватит денег. Это очень маленькая масса и, конечно, такая масса не может считаться деньгами или каким-то эквивалентом. Того же самого золота в мире насчитывается на суммы, кардинально превышающие эти 80 млрд. Так что на все криптовалюты даже все золото в мире невозможно купить.

Есть еще одно очень важное отличие криптовалют от традиционных фиатных денег. Валюта используется не только как метод простого товарного обмена. Государство с помощью денег регулирует свою экономическую систему. Когда их слишком много, можно сделать изъятие денег из экономики. Когда денег не хватает, можно напечатать деньги, и не всегда это плохо. Да, это может разогнать инфляцию, но это позволит кредитовать какие-то новые отрасли, экономика на этом растет. А с криптовалютами так сделать нельзя. Криптовалюты очень ресурсоемки в производстве, и нельзя, например, сейчас по требованию произвести 100 млрд биткоинов. Придется потратить 10 лет на то, чтобы их сделать. Это свойство не очень интересное. Да, наверное, это хорошо с точки зрения стабильности, количество биткоинов постоянно. Но количество товаров в мире непостоянно, и количество денег, необходимых для оборота в мире, всегда регулировалось. По крайней мере, в той ямайской системе, в которой мы живем. Государства пытаются управлять этим процессом, а управлять криптоденьгами невозможно.

Сейчас есть уже примеры, когда компания сначала намайнила какое-то количество монет, потом очень небольшое количество их выпустила на рынок, а остальное держит у себя (криптовалюта Ripple). И они теоретически могут быстро увеличить массу денег в своей маленькой экономике. Но по факту, это тоже неправильный подход. Сейчас, по сути, если растет цена этого рипла, компания богатеет непонятно на чем, не производя никакой ценности. Просто у них на балансе «висит», например, миллиард риплов, они выпустили 10 млн в обращение, и если там по каким-то причинам курс вырос, мы получаем огромную компанию с огромными деньгами, что как-то непонятно.

Все эти вещи вызывают настороженность при работе с криптовалютами. И понимание, что то, что сейчас происходит — это просто процесс обучения. Скорее всего, через 2-3 года ни одной из этих тысяч криптовалют в том виде, в каком они есть сейчас, не будет. Но этот опыт позволит нам понять, как с этим жить, как это использовать и где.

Есть еще один важный фактор того, почему криптовалюты стали популярны. На них держится криминальный оборот. Вся их стоимость, особенно биткоина, выросла за счет теневых операций. Сама транзакция биткоина стоила очень больших денег — 20-30 долларов за транзакцию. Ни один нормальный человек в нормальном режиме столько платить не будет. Но для теневых транзакций, где огромная маржинальность, это нормально. Если кто-то зарабатывает 10 тыс. долларов на «ровном месте», то 20 долларов за транзакцию, за обеспечение безопасности и анонимности, — это нормально. Поэтому, по сути, мы имеем полукриминальный полунепонятный рынок, и не факт, что он нужен экономике. Но если из него родится что-то нужное экономике, наверняка это будет выглядеть совсем по-другому.

— Получается, кто-то просто решил, что эти строчки кода — валюта?

— На самом деле большинство существующих валют сегодня — это строчки кода. То есть, соотношение наличных денег к безналичным во всех нормальных экономиках очень серьезное. Скажем так: не больше 20% от денежной массы — это наличные деньги. Все остальное — это те же самые записи в базах данных банков.

Константин Пак, АФК

— Но они чем-то обеспечены?

— Ничем они не обеспечены. Мы уже давно ушли от Бреттон-Вудской системы. Вот в ней, когда ты выпускаешь новый доллар, ты обязан положить в хранилище сколько-то золота. В современной экономической системе деньги обеспечены только тем товарообменом, в котором они используются. Почему сегодня доллар такой «хороший»? Потому что есть огромная экономика США, где принимаются доллары. Если завтра либо исчезнет экономика США, либо они перестанут принимать доллары и введут какую-то совсем новую валюту, то доллар — все. Его нельзя будет обменять, потому что он сразу будет стоить 0. То есть, обеспеченных валют в мире сейчас практически нет. Они обеспечиваются именно экономическим обменом. Это еще одна беда криптовалют, потому что внутри них экономического обмена нет или есть только криминальный. Например, вы взяли Bitcoin, пошли в Amazon и захотели купить телевизор. Никто вам за биткоин его не продаст. Есть какие-то экспериментаторы, магазины, которые пытаются начать принимать биткоины. Но в целом большой товарной массы за этими криптовалютами нет. Их ликвидность, то есть возможность на них что-то купить, равна почти нулю. Скажем, у меня сейчас будет миллион биткоинов, и я захочу купить хлеба где-нибудь в Алматы, то ничего у меня не получится.

— Можно попробовать их сначала обменять.

— Ну в любом случае, это очень низкая ликвидность. Причем при такой огромной стоимости это странно — ликвидности нет, а стоимость есть. Откуда взялась стоимость? Стоимость берется, по сути, из спекуляций.

— Как я понимаю, для обычных людей это пока достаточно далекая тема. Когда криптовалюты пойдут в массы?

— Что меня сейчас пугает немного, так это то, что про криптовалюты меня стали спрашивать люди, совсем далекие и от финансов, и от ИТ. То есть люди, вообще не понимающие что происходит. Я пошел отремонтировать мобильный телефон, и мастера начали агитировать меня заниматься криптовалютой. Это страшно.

Есть такая байка про Джона Моргана, был такой известный финансист. В свое время против него было инициировано расследование, так как он вышел из ряда акций прямо перед их крахом. Ему повезло. Но комиссия по ценным бумагам решила, что он либо знал какой-то инсайд, что запрещено, либо вообще манипулировал рынком. Ему задали вопрос о выходе на самом пике, после которого все обвалилось. Он ответил, что все просто: «Я пошел с утра почистить ботинки, и чистильщик начал меня спрашивать, какова судьба этих акций. И я понял, что если сапожники уже интересуются этим рынком, то надо выходить».

Сейчас с криптовалютами происходит то же самое. Я не хочу никого обидеть, все профессии замечательны. Но далекие от профессионального рынка люди начинают задавать эти вопросы, и более того, они этим пытаются заниматься. Это говорит о том, что рынок очень сильно перегрет. То есть, там очень много денег неквалифицированных людей, которые на удачу или как в лотерею туда залезли. Реальная стоимость этого рынка, скорее всего, в десятки, если не в сотни раз меньше. И вот это очень опасно.

— Получается, здесь такая же ситуация, как с финансовыми пирамидами, когда на начальном этапе какая-то часть людей достаточно хорошо обогатилась?

— Скорее всего, это больше похоже на доткомы. Когда был период доткомов, и все поняли, что есть отдельные компании, которые могут расти на сотни тысяч процентов в год непонятно почему. Когда на рынок приходили пятеро каких-то гиков, и вдруг у них появлялись десятки, сотни миллионов долларов. Непрофессиональные люди решили, что любой дотком, любая ИТ-компания так растет, и влили в это очень много денег. А когда оказалось, что большая часть этих компаний ничего полезного не делает, они начали лопаться. То же самое сейчас происходит с криптовалютами, но в гораздо меньшем объеме. Сейчас либо произойдет чудо, и все научатся пользоваться криптовалютами хоть для чего-то, для какого-то нормального товарообмена, для каких-то инвестиций или еще для чего-нибудь полезного, и тогда у этих людей есть шанс сохранить свои деньги, либо пузырь лопнет, потому что он пузырь и там реально нет ценности, а есть просто какие-то ожидания.

Более того, там есть отрицательная ценность, потому что сама технология очень дорогостоящая и ресурсоемкая в плане поддержания. То есть, допустим, вся система Visa, в которой денег очень сильно больше, чем в криптовалютах, тратит электроэнергии в десятки раз меньше, чем Bitcoin. Сейчас люди в том же Китае сидят возле электростанций, чтобы майнить Bitcoin, потому что там дешевая энергия. Это ненормально. Хранение информации — это, конечно, важно, но хранение информации с такой энергоемкостью — это уже немножко бредятина. Это тоже показатель, ведь вряд ли эта информация настолько ценна, учитывая, что эти «деньги» на самом деле ничего не стоят, что стоит тратить такое количество энергии на ее поддержание. Это тоже большое противоречие. Конечно, сейчас уже есть несколько версий менее энергоемких валют, валют с меньшей транзакционной стоимостью. Но все равно, пока еще это все — эксперимент. Пока чего-то жизнеспособного я еще не увидел. Меняется все каждый день, но прекрасно понятно, что 99% того, что сейчас происходит и тех людей, которые кричат о том, что они изобрели, — это просто попытка использования этого ажиотажа.

Те же примеры, когда она ICO выходят какие-то фермеры — все это, что называется, хайп. «Все туда бегут, и я сейчас побегу, возьму полмиллиона долларов — классно, заработал!». Но понятно, что это не жизнеспособная модель, и пока ее нельзя воспринимать всерьез.

Константин Пак, АФК

— А почему именно вопрос капитализации вызывает такие бурные обсуждения в контексте криптовалют?

— Немного я уже про это рассказал выше. Вся капитализация всех этих денег — пусть будет 100 млрд долларов. Даже если я соберу все эти разные криптовалюты, то с помощью них я не смогу купить товаров на 100 млрд долларов. Это раздутая вещь. Если я соберу, например, золота на 100 млрд долларов, оно высоколиквидное, я его поменяю на что-то — на акции, на товары, на ресурсы, куплю месторождение, в конце концов. А если я возьму 100 млрд существующих криптовалют, мне это ничего не даст. Даже во всех тех магазинах, которые сейчас принимают криптовалюты, нет товаров на такую сумму. Оживить эту экосистему можно, если подключатся все большие игроки — Amazon, AliExpress и другие. Это обеспечит огромную товарную массу. Причем, по-хорошему, товарная масса должна быть больше, чем масса денег. В любой нормальной экономике товара больше, чем денег. Потому что для обмена не нужно делать полный эквивалент, достаточно иметь грубо 20% денег по отношению к товарной массе, чтобы товарообмен происходил абсолютно здорово, и всем хватало. Сейчас же в криптовалютах наоборот — есть 80 млрд долларов, и практически нет товаров на эту сумму. Безусловно, есть услуги каких-то хакеров, есть теневой рынок, и есть очень мало нормальных цивилизованных товаров. Это и есть «никакая» капитализация.

Собственно, любой финансист, аналитик, посмотрев на график, сразу скажет что эта ситуация ненормальная. Такие скачки, то, что называется волатильностью (постоянное изменение курса), говорят о том, что это чистой воды эмоции большого количества людей, и ничего реального под этими эмоциями нет. Сейчас все это растет просто на всеобщем ажиотаже. Более того, так как здесь нет методов регулирования, вообще очень сложно понять, что происходит. Но фундаментального анализа, хотя бы посчитать оборот магазинов, принимающих биткоины и сравнить его с денежной массой, никто еще не делал. Я не видел. И подозреваю, почему не делают. Потому что те, кто понимает, что это надо делать, пытаются на этом заработать. Если сделать такой анализ, будет очевидно, что денег больше чем товаров. Это ненормально. Грубо говоря, если бы сейчас в Казахстан влилось еще в 10 раз больше тенге, что бы было? Тенге бы обесценился. Денежная масса по отношению к товарам — это очень важный показатель в любой экономике. А «экономика» криптовалют пока странная. Все борются за майнинг новых биткоинов, а на самом деле его, по-хорошему, надо бы остановить. Потому что их уже сильно больше, чем та экономика, которую они обслуживают.

— Если говорить о майнинге — сейчас эта тема захватила всех. В России, например, сдают целые квартиры с фермами. Вы уже упоминали о том, что инфраструктура требует очень больших энергетических затрат. Есть ли смысл тратить столько электроэнергии (ведь она тоже стоит денег) на то, чтобы намайнить какое-то количество криптовалют?

— Скажем так, спекулятивный смысл есть. Пока этот пузырь растет, умный человек может на этом заработать. Но я бы, например, не покупал эти видеокарты, я бы их арендовал. И очень четко надо следить за тем, есть ли у тебя какая-то прибыль или нет. Но, опять же, это все в искусственных условиях. В тот момент, когда ситуация начнет «устаканиваться», курсы этих валют начнут падать (а они обязательно начнут, с очень высокой вероятностью), эти фермы никому не будут нужны. На рынке видеокарт сейчас ажиотаж. Их нет во всем мире, потому что все скупили майнеры. Вообще, видеокарты — для того, чтобы показывать видео, а не для того, чтобы что-то там считать. В связи с этим возникнет ситуация, когда у нас масса этих ферм, и они никому не нужны. Я не могу говорить категорически, что это бессмысленно, потому что можно найти примеры людей, которые на этом зарабатывают. Но считать это каким-то стабильным источником дохода, или тем, чем надо обязательно заниматься, это, конечно, глупость. Лучше уж картошку сажать. Там понятно: одну картошку посадил, вырастает полведра. Это работает. Не везде, но у нас точно. И вообще, в любой лихорадке, «золотой», всегда зарабатывают не те, кто ищет золото, а те, кто продает лопаты. Вот сейчас нормально зарабатывают те, кто продает электричество, кто продает видеокарты. Эти соседние с майнингом сферы чувствуют себя хорошо. Потому что когда рынок лопнет, они ничего не потеряют, кроме продаж. Но свои деньги они уже заработали. А вот те, кто свои деньги вкладывает именно в эти фермы, рискуют.

Константин Пак, АФК

— А когда может лопнуть этот пузырь?

— Вот здесь был бы верным пример с финансовыми пирамидами. Что нужно финансовой пирамиде? Она может быть почти вечной, пока идет приток новых энтузиастов. Пока они приходят, пирамида растет. Так и здесь. Пока идут новые энтузиасты, майнеры, все это будет существовать. Если только не случится форс-мажора в виде государственного регулирования или еще какого-то другого. Хотя такие форс-мажоры уже случаются. ICO, допустим, только началось, но комиссия по ценным бумагам сказала: «нет ребята, давайте вы будете подчиняться общим правилам». И все, тема исчезла. Это уже неинтересно, потому что на этом уже никого не «надуешь». Так что пока будет приток тех, у кого энтузиазм превышает здравый смысл, все будет расти. Как только это остановится, это будет заметно. Почему, например, биткоин разделился? Там есть две ветки людей, которые зарабатывают: одни зарабатывают на майнинге (у них фермы и так далее), другие же зарабатывают на транзакциях. И получилось так, что математика процесса либо за тех, либо за других. В этой среде начался спор, и он привел к тому, что они не договорились, не пришли к компромиссу. В результате мы получили две версии биткоина. Одна удобна тем, кто зарабатывает на транзакциях, а другая — тем, кто зарабатывает на майнинге. Они разделились, но на самом деле для существования криптовалюты нужны и те, и другие. И получилась такая непонятная ситуация. Все это куда-то вырастет. Я не могу сказать, в плохую сторону или в хорошую. Но сам процесс показывает, что система не «устаканилась». Мы находимся на самом раннем этапе развития, в процессе бурления. Это сейчас тема получила яркое освещение, и все в курсе. А во второй половине прошлого года примерно такая же ситуация была с эфиром (криптовалюта Ethereum). Он тогда был молодой валютой, очень бурно рос, все было хорошо. Он был в 10 или 20 раз дешевле, чем сейчас. И случилась такая ситуация, что нашли «дырку» в алгоритме, это привело к «краже» нескольких десятков миллионов долларов. Но самое главное, что человек их не украл, а официально, по правилам эфира, смог их вывести. Там тоже начался спор о том, что делать. По правилам их у него нельзя было забирать, но тогда все сообщество потеряло бы стоимость этих денег, убыток бы лег на всех остальных. Либо надо было его отрезать, но тогда нарушились бы правила и это стали бы уже другие «деньги». Произошел так называемый хард-форк эфира, появилось две его версии.

И такие вещи будут происходить еще долго, я думаю. До тех пор, пока мы не получим что-то понятное. Когда финансовый рынок поймет, что такое криптовалюты, когда государственные органы поймут, что это такое. Но в тот же момент все это перестанет быть таким интересным. Когда не будет пузыря, эта область отойдет профессионалам, которые будут этим заниматься, будут деньги как деньги, если вообще будут деньги. Либо это вообще будет что-то третье, какая-то единица для хранения непонятно чего.

Допустим, я для себя представляю, что в межбанковских расчетах как раз блокчейн-технологии — это очень удобно. В том плане, что исчезает какая-то центральная точка обмена, воздействовав на которую можно что-то сломать. В Казахстане есть Центр межбанковских расчетов, все расчеты идут через него. В любом случае это техническое сооружение, с которым может что-то произойти. И в этом случае расчеты в Казахстане остановятся. Это очень неудобно, а еще могут потеряться данные по части транзакций. Это вызовет некий ажиотаж. А если бы была распределенная система наподобие блокчейна, то проблем бы не было. Может «упасть» половина банков, но расчеты все равно продолжатся. Так что у самой технологии будущее хорошее. Просто те сиюсекундные применения, которые мы видим, пока выглядят несерьезно.

— В Казахстане пока только говорят о попытках регулирования криптовалют, в России хотят осенью приступить к обсуждению этой темы и сделать криптовалюты средством обмена, обойдя термин «деньги». Чего нам стоит ожидать?

— Регулирование — это необходимая мера. Когда что-то заметное появляется на рынке, это надо регулировать. Есть уже некий мировой опыт, есть страны, признавшие криптовалюты в виде иностранной валюты; есть страны, которые применяют какие-то новые правила — Япония, Индия, скандинавы — все что-то делают. Понятно, что пока это тоже все эксперименты, потому что сами свойства криптовалют от денег очень сильно отличаются. Хотя бы тем, что в криптовалютах заложена естественная дефляция. То есть, часть криптовалют постоянно исчезает — они хранятся на каких-то съемных носителях, которые физически просто ломаются. Например, у меня на винчестере будет 1000 биткоинов, я его уронил, и все — я никому не докажу, что они у меня есть. Регулировать, безусловно, наверное, надо. Но на рынке Казахстана пока криптовалюты не имеют никакого значения. В реальном товарообмене их нет. В криминальном — не знаю, у меня нет такой информации. Возможно, где-то кто-то что-то применяет, но, опять же, вряд ли на нас это пока воздействует. Я думаю, что сейчас надо изучать этот опыт. Но каких-то крупных рисков от того, что нет регулирования, я не вижу. Да, частные лица могут пострадать, могут быть какие-то новые неучтенные доходы. Но такие же неучтенные доходы есть и в других сферах жизни. «Черная» экономика есть всегда. Пока криптовалюты — это еще одна такая же зона, только гораздо меньшая по масштабу. На эту тему надо думать, но пока нет эффективных шаблонов, по которым стоит действовать. Опять же, легализовать это сейчас — не факт, что хорошо. Легализовать «сырое» непонятно что? Мы легализуем, а оно исчезнет либо изменит форму.

Константин Пак, АФК

— Получается, что для обычных людей тема криптовалют еще долго останется просто темой для обсуждения, но не тем, что можно применять в реальной жизни?

— Да, скорее всего, пока это не дело ближайших месяцев. В ИТ все быстро происходит, но ИТ, связанные с реальной экономикой, продвигаются медленно. Я сейчас на память не могу вспомнить даже денежную массу США, но подозреваю, что все криптовалюты занимают лишь сотые доли ее процента. И пока они занимают такую долю, это не важно. Это просто интересно, интересный эксперимент, важная технология.

Тут есть еще один нюанс: так как все эти технологии основаны на шифровании, на криптографии, они завязаны на вычислительной мощности машин. А вдруг у кого-то сейчас может получиться сделать работающий квантовый компьютер. И тогда вся эта штука сразу обесценится, потому что любую подпись к любым деньгам можно будет подделать, криптография «сломается». Это, конечно, наделает «шороху» и во многих других сферах жизни, например ЭЦП перестанет быть ЭЦП. Но это же глобальный риск. Наподобие того, что появится бактерия, которая ест бумагу, из которой сделаны деньги. Поэтому сегодня вряд ли стоит вовлекаться в экономику криптовалют серьезно. Те, кто хочет рискнуть, у кого есть свободные деньги и свободное время — почему нет? Побалуйтесь. Но нужно понимать, что риск потери здесь 99,9%. Если вы готовы рисковать с такой вероятностью, то пожалуйста.