Следите за новостями

Цифра дня

17,8% казахстанцев совершали покупки в интернете

Ханат Нурекенов: «Государство — главный „двигатель“ IT-отрасли»

Интервью с председателем правления АО «Glotur» Ханатом Нурекеновым о состоянии ИТ-отрасли в Казахстане.

1 июня 2007 12:41, Central Asia Monitor
Рубрики: Бизнес

IT-рынок производит те самые «товары с высокой добавленной стоимостью», которые в будущем должны избавить страну от сырьевой зависимости. Группа компаний Glotur сегодня реализует, пожалуй, самый масштабный проект в этой отрасли — строит в Парке Информационных Технологий (ПИТ) завод и конструкторское бюро TFT-мониторов и плазменных панелей. Председатель правления АО «Glotur» Ханат Нурекенов уверен, что в Казахстане уже создана вполне налаженная система господдержки IT-сектора.

Как бы вы охарактеризовали сегодняшнее состояние отечественного IT-рынка?

— Долгое время все, и мы в том числе, просто перепродавали импортную продукцию. В выигрыше были те, кто мог «втащить» товар с минимальными таможенными издержками. Через такой этап развития прошли Индия, Россия и другие страны, имеющие сейчас собственные брэнды. Например, даже сейчас у нас сборкой компьютеров занимаются порядка 3000 компаний. Их бизнес сложно назвать производством в полном смысле этого слова.

В целом, по моему мнению, наш IT-рынок находится на шаг позади ближайшего конкурента — России. До недавнего времени он практически полностью формировался за счет предоставления услуг госструктурам, которые и были основными заказчиками. Коммерческие компании, по моим оценкам, начали активно формировать спрос в этом секторе лишь 4–5 лет назад. Сегодня частный бизнес осознал влияние новых технологий на повышение эффективности и активно вкладывает средства в рынок потребления IT-решений.

Этап доминирования дистрибуции для рынка в целом и для нашей компании в частности я считаю прошедшим. Мы стали первыми в отрасли, кто развил свой бизнес до уровня, позволившего выйти на биржу. В 2005 году АО «Glotur» впервые выпустило облигации, а сегодня в листинге «А» котируются и наши акции. Одновременно были закрыты некоторые направления, которые компания «переросла»: мы отказались от дистрибуции готовых продуктов и решений, а также от розничных продаж. На рынке это вызвало даже слухи о нашем закрытии или даже банкротстве. На самом же деле мы просто перешли на следующий этап развития. Теперь компания сосредоточит усилия на услугах в сфере системной интеграции и на производстве собственных IT-продуктов.

Частные производители технологичной продукции, особенно ПО, считают, что на рынок большое влияние оказывают «карманные» компании, созданные при госструктурах, которым и идут все заказы…

— Прежде чем говорить, что при неких госструктурах есть «карманные» IT-компании, следует спросить критиков — а что они могут предложить? Могут ли коммерческие структуры решить поставленные задачи? Иногда так говорят представители фирм, которых и лишили этих самых заказов. Я считаю, что это позиция слабого — искать виновных в создавшемся положении. На самом деле, по крайней мере в IT-сфере, государство смотрит на закупку услуг и товаров достаточно свободно. Тут существует конкурентная среда, и закон «О госзакупках» действительно выполняется. «IT-ные» госкомпании можно пересчитать по пальцам, и лично я их рассматриваю не как конкурентов, а как представителей заказчика. Может быть, в последнее время их функции несколько исказились, но раньше эти структуры занимались прежде всего определением потребностей государства, выступали экспертами и консультантами, в том числе и при закупках на открытом рынке. Без таких специалистов трудно поддерживать техническое обеспечение на должном уровне. В то же время, по моему убеждению, государственные компании не должны иметь преимущество при поставке IT-решений по госзаказу.

Как вы оцениваете эффективность созданной системы поддержки инновационных проектов в лице госфондов?

— Задача обычно кажется невыполнимой до тех пор, пока ей не начнешь всерьез заниматься. Наша отрасль развивается очень трудно, под вопросом становление IT-рынка Казахстана как такового. Но в последнее время именно государство прикладывает значительные усилия, чтобы ответить на этот вопрос положительно. Со стороны министерств, институтов развития, руководства технопарков ведется серьезная работа. В то же время многие представители бизнеса заняли выжидательную позицию. Я при встречах спрашиваю коллег: «Почему вы не идете в создаваемые IT-парки и не ведете в них свою деятельность?». Там уже есть условия, есть налоговые преференции. Мы, например, представили проект Национальному Инновационному фонду (НИФ), добились 49-процентного участия государства, и уже под госгарантии сумели привлечь партнера из Сингапура. Думаю, что мы сами, без поддержки фонда, вряд ли бы смогли привести сюда зарубежную компанию, готовую делиться новыми технологиями.

В сфере развития инноваций инициатива государства пока что опережает инициативу частного бизнеса. Это плохо, потому что в рыночной экономике все должно быть с точностью до наоборот. Причина в недоразвитости отечественного рынка. Создание институтов развития, я считаю, стратегически правильный шаг. Теперь все зависит от конкретных личностей, это подтверждает опыт Сингапура, Южной Кореи, Малайзии, Израиля. Где не коснешься — везде за успешными схемами поддержки передовых отраслей стоят талантливые госчиновники. Я в последнее время много общаюсь с индийскими коллегами, у них Бангалор тоже появился не сам собою. Там достаточно успешный бизнесмен пришел в госсектор, пожертвовал большими личными деньгами, стал министром информатизации и в течение двадцати с лишним лет создавал индийскую систему технопарков.

Сейчас НИФ и отчасти «Казына» фактически являются составной частью рынка IT — инновационная направленность деятельности данных структур напрямую с ним пересекается. Уровень понимания ситуации в них, на мой взгляд, находится на достаточном уровне, хотя есть некоторый недостаток общения с частными компаниями. Пока мы в какой-то степени движемся параллельными путями. Со стороны бизнеса существует некоторое недопонимание и неверие в инициативы государства.

Последней инициативой государства стало создание холдинга «Самгау». Сообщается, что главной задачей новой структуры станет создание «национального инфо-коммуникационного оператора», который будет «способствовать развитию рынка инноваций».

— Возможно, эти функции могла бы с успехом выполнять одна из дочерних компаний «Казыны». Логично было бы также связать с деятельностью новой структуры уже существующим ПИТом. Я допускаю, что одна из задач «Самгау» — консолидировать IТ-потребности государства. Хотя, судя по информации в прессе, это не совсем IТ, это скорее коммуникационный холдинг.

В России IT-отрасль развивают исключительно частные компании, и там уже появились международные брэнды.

— У экономик России и Казахстана есть серьезные отличия. У нас сегодня государство, а не бизнес, идет в авангарде модернизации страны. Но у России имеется огромный, наработанный десятилетиями потенциал как в сфере исследований, так и в сфере образования, и тут нам трудно соревноваться. Там гораздо сильнее частные компании, взять ту же АФК «Система». Но в сфере реформирования отрасли у Казахстана есть шанс вырваться вперед, в первую очередь за счет трансферта технологий. Хотя на данный момент наша IТ-отрасль отстает от России, возможностей привлечь технологии у нас уже гораздо больше. Тот же ПИТ может стать площадкой для создания экспортных производств, в том числе и на российский рынок. Наше главное преимущество — уже более-менее отлаженный и прозрачный механизм взаимодействия бизнеса с государством.

В то же время не секрет, что развитие IT-отрасли у нас серьезно сдерживают зарегулированность сферы передачи данных и высокие тарифы.

— Тут многое зависит от инициатив государства. Не секрет, что развитие в этом направлении сдерживается нашим естественным монополистом — «Казахтелекомом». В России в этом плане проведены более удачные реформы. Меры, принимаемые сегодня в этом направлении АИС и правительством, позволят сократить отставание. Как только подешевеет аренда магистральных каналов, как только у этих каналов появятся частные владельцы, у нас сразу будет большой прорыв в данной сфере. В Казахстане, например, пока абсолютно не развит рынок WiMAX, точек Wi-Fi в Алматы одна-две. Мы тут далеко отстали не только от Европы, но даже от Прибалтики. Я недавно был в Вильнюсе: у них интернет у них буквально везде, через смартфон можно получить и оплатить множество услуг и товаров. Интернет должен подешевеет в разы, и тогда мы увидим на нашем рынке буквально взрыв развития различных добавленных сервисов. Этот рынок колоссально большой.

Ваш проект в ПИТ создал Glotur имидж лидера отечественной IT-отрасли. Какие новые технологии компания принесла в Казахстан, и когда на рынке появится новый брэнд?

— Мы себя сейчас позиционируем как инвестиционно-консалтинговая группа компаний, и IT-бизнес  — одно из направлений развития. Компания стремится диверсифицировать вложения и подходить к инвестициям с позиций инвесбанкинга. Кроме этого, мы, например, инвестируем в строительство офисно-жилого комплекса Glotir Tower. Проект в ПИТе мы реализуем через фонд инвестиций «Glotur invest». Одна наша компания этот проект бы не потянула. Получилось так, что наши сингапурские партнеры — дизайнерская компания DS Multimedia — искали площадку для производства в нашем регионе. У них огромный потенциал для моделирования электронных плат, производства в Сингапуре, Малайзии, Бразилии, Южной Корее и Брунее. Первоначально в качестве объекта инвестиций рассматривались Румыния и Россия, но после встречи с нашим консулом и представителями Инновационного фонда их планы изменились.

Бизнес-план готовился в течении девяти месяцев. Это было в апреле прошлого года, и с тех пор мы несколько подзадержались со строительством. Были некоторые сложности по выбору проектного института. Наш проект стал пилотным для НИФа, и мы вместе преодолевали все «грабли». Согласно бизнес-плану строительство будет завершено к концу года. Мы начнем с наиболее востребованной сегодня продукции — TFT и плазменных телевизоров и TFT-мониторов. В здании завода в ПИТе будут смонтированы линии сборки. Следующим этапом станет создание лаборатории. Наши партнеры готовы передавать знания, обучать наших сотрудников. Когда будет создано «внутреннее» КБ, мы сможем быть в курсе всех тенденций в этой отрасли. Маркетинговая и пиар-компания продукции начнется в сентябре. К началу следующего года на предприятии будет занято 135 человек, в том числе на линиях сборки — около 60 человек.

Мы не намерены этим ограничиваться — уже есть проекты по расширению ассортимента. Наше основное конкурентное преимущество — материнская плата наших телевизоров и мониторов будет собственной разработки. Сами TFT- и плазменные панели, естественно, будут завозиться, их в мире производят всего шесть компаний. В рамках СП «Glotur DS Multimedia» партнеры передают нам свои оригинальные разработки, которые не дублирует ни Samsung, ни LG, ни Toshiba, ни другие производители такой продукции. До сих пор у всех отечественных сборщиков рыночное преимущество заключалось в одном — кто дешевле заказал детали в Китае. У нас материнские платы тоже будут печататься в Юго-Восточной Азии, но формировать их инженерную схему мы будем тут. В КБ планируем сразу привлечь шесть человек, и в дальнейшем штат будет расширен до 20 человек. В целом ставится задача — создать тут очаг IT-разработок — маленький, но независимый от крупных мировых вендоров.

Кроме того, мы запустили еще один крупный IT-проект — первую в Казахстане линию заводской серийной сборки компьютеров. Это предприятие мы финансируем самостоятельно, и оно будет запущено раньше производства мониторов. Также наша компания планирует создать в Казахстане производство по сборке высокопроизводительных серверов совместно с известной компанией Dell. Вся продукция будет продаваться под единым брэндом. Отмечу, что в бизнес-планах всех этих проектов мы вообще не рассчитывали на госзаказ — спроса на частном рынке вполне достаточно для их успешной реализации.

Комментарии